VIII
«На самом восточном рубеже»
В настоящее время две сестры из Сестричества во имя святителя Игнатия Ставропольского (Брянчанинова) направлены на послушание в Сахалинскую епархию.
Остров Сахалин, в силу своей крайней удаленности от центральных областей России, в силу исторических и географических особенностей, в отношении церковной жизни является одним из сложнейших регионов канонической территории Русской Православной Церкви.Просвещенный православными миссионерами лишь в начале XIX века, в конце его населенный, главным образом, каторжанами, и до конца Великой Отечественной войны разделенный границей с Японией, в 80-е годы прошлого века остров Сахалин представлял собой духовную пустыню.
Первый приход во имя св. блж. Ксении Петербургской в Южно-Сахалинске был открыт в 1989 г., затем открылись еще два прихода, входившие в то время в состав Дальневосточной епархии. Южно-Сахалинская епархия была образована 23 февраля 1993 года определением Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и решением Священного Синода.
Тяжелые труды выпали на долю первых сахалинских архипастырей: Преосвященного Аркадия (Афонина), затем епископа Ионафана (Цветкова). В 2001 г. Епископом Южно-Сахалинским и Курильским назначен архим. Даниил (Доровских), благочинный Троице-Сергиевой Лавры.
Уникальный архипастырский подвиг Владыки Даниила (ныне Митрополита), открывшего на Сахалине более сорока приходов, организовавшего активную духовно-просветительскую деятельность, продолжает ныне брат Владыки – епископ Тихон. Сестра Евгения и сестра Ольга сейчас разделяют труды церковно-служителей Южно-Сахалинска.
Просим святых молитв о духовенстве и пастве Южно-Сахалинской епархии, в которой, как нигде, жатвы много, а делателей мало.
Как некогда студент Духовной Академии Иван Касаткин – будущий святой равноапостольный Николай – был призван Свыше на уникальный, непосильный для человека апостольский подвиг в языческой Японии, так, может быть, и
Вот первое впечатление сестер о Сахалине.
Ехала сюда с мыслью, что остров Сахалин – почти Кипр: тоже остров и по размеру примерно схож. Длительный перелет — и вот ты попадаешь в снежный город Южно – Сахалинск. Столько снега, как в Южно- Сахалинске я не видела даже в Воркуте, где прожила около 7 лет. Снег везде: на крышах домов, деревьях, тротуарах. Он нависает огромными шапками над всем чем может. Машина, оставленная на ночь, с утра превращается в сугроб.
Интересно ранним утром идти на литургию. Дверь каждый раз приходится откапывать, чтобы выйти. А улицы и тротуары так засыпаны снегом, что все пешеходы идут не по тротуарам, а по узким «ходам «, прокопанным ранними прохожими. К обеду дорожки, благодаря заботливым дворникам, превращаются в тропинки по которым легко идти, а утром ты просто прорываешь себе «ход «.
Как-то днем встретили дворника, который радовался, что прокопал тропинку на которой могут разойтись два человека.
Каждое утро начинается с литургии. Кафедральный собор необыкновенно красив. Все внутри благолепно и
Когда ехала на Сахалин – представляла безлюдное место. Однако – нет. Сахалин — православный остров. Город Южно-Сахалинск очень людный, в соборе и в будни и в праздники много прихожан, причастников. Воскресную службу вели 5 дьяконов! Очень много священников, иподьяконов, чтецов и прочей братии. Думаю- все эти люди собраны Владыкой Даниилом.
.Когда идешь по городу – видишь, что очень многие жители – корейцы. На рынках и в магазинах встречается корейская еда. Попробовала корейскую капусту – кимчу. Оказывается, есть корейская поговорка: «Каша и кимча – сыты будем «.
Среди корейцев есть православные, в храме часто видны их лица . Есть у Владыки Тихона даже иподьякон- кореец
Вернемся к вопросу о еде: на Сахалине много икры, есть терпуг, треска, нерка, горбуша, навага, крабы. Вероятно, существует еще много видов рыбы, но все перечисленное я уже попробывала. Удивительно все свежее и отличается от московской пищи. Крабаы в диаметре 30 см – очень вкусные! Как хочется переправить их Батюшке!
Пока, наверное – все!
Продолжение Литургии, или Молитвами преподобных
Спиридона и Никодима просфорников.
Раньше думала: выпечка просфор — весьма сложное дело. Никогда даже не представляла себя в роли просфорницы. Но на Сахалине Господь помог научиться. Никогда неизвестно: какой навык, где может пригодиться.
Работа по выпечке просфор начинается сразу после литургии и является как бы ее продолжением.
В первые дни пребывания на Сахалине очень хотелось съесть просфору, но в свечном ящике они все время заканчивались до меня. Но, после первых дней работы на пекарне, просфоры чудным образом просто «посыпались на меня»: и в свечном ящике есть, и Владыка подарил, и работница храма дала целый мешочек с просфорами. Теперь бы все съесть.
Начинается работа на пекарне с молитвы. Все молитвы отпечатаны на большом листе: есть молитвы ко Господу, к Божией Матери, к святым прп Спиридону и Никодиму просфорникам Печерским.
После молитвы получаешь задание у опытных просфорниц. Их две: Алла Михайловна и Людмила. Они давно работают вместе, все их действия согласованы между собой. Они мало разговаривают, понимают друг друга с полуслова, много молятся.
Алла Михайловна (ей за семьдесят лет) работает столько же сколько мы и на вопрос: «Не устала ли?» — отвечает: «Устала. Ну и что?». Она относится к тому типу пожилых женщин, на которых хочется быть похожей. У нее удивительная вера в Бога и легкий характер. Во всех неудачах она винит только себя, никогда других людей или обстоятельства. Все делает неторопливо и очень аккуратно. Она учила нас с Олей организации работы: «Все должно быть на определенном месте – тогда все будет удобно», «Не спешите – это не то дело, когда нужно спешить» и т. д.
Вообще, как ни странно: Алла Михайловна ни при каких условиях не раздражается и очень спокойна.
Людмила моложе и намного сильнее Аллы Михайловны. Она все очень быстро делает. Людмила – прирожденный учитель и все ее объяснения быстро доходят до «разгоряченных» умов учениц.
Насчет «разгоряченности» — это факт. Температура в пекарне часто около 30. При этом проветривать и открывать двери нельзя, т. к это «вредно» для теста.
Тесто.
Рецептура его постоянна у всех пекарей. Алла Михайловна нашла его в журнале Московская Патриархия за 1976 год, когда ей пришлось за одну ночь научиться печь просфоры в далеком 1992 году для первого сахалинского храма во имя блж Ксении.
Однако, тесто получается у всех разное (у Аллы Михайловны почему-то мягкое, а у меня крутое. Но Людмила (она у нас главный эксперт по всем просфорным вопросам) говорит, что для больших просфор больше подходит мое тесто, а для маленьких — Аллы Михайловны.
После замешивания теста – раскатка. Этот процесс требует сноровки и силы рук. Поначалу, левая рука (после вывиха) стала ныть, но теперь натренировалась. Раскатанное тесто раскладывают на столах и режут специальными резаками.
На шляпках ставят «печати» с изображением креста, икон Божией Матери, Голгофы.
Работа в просфорне учит терпению и ненадеянию на себя. Часто получаются такие просфоры, хоть плачь. Но Алла Михайловна и Людмила очень поддерживают и хочется научиться печь как они. Правда Алла Михайловна печет уже 20 лет, зато Людмила всего семь. Так что у нас все впереди!